…и прогноз погоды: Потом

…и всё-таки он гудит не так.

Холодильник. Стоит, как стоял всегда. Десять лет один и тот же звук. А сегодня — не так. Чуть выше. Чуть… дольше.

Восемнадцатое мая. Полночь почти. Дождь.

И я тут один.

Сижу, слушаю холодильник. Глупость какая.

У меня кран капает. Уже месяц.

Каждый раз думаю — завтра починю. Там делов-то на пять минут.

Лампочка в коридоре перегорела — хожу там в темноте, третью неделю. Холодильник вот гудит не так. На кухне таракан появился, один пока.

И всё это — «завтра». «Потом». «Как-нибудь на выходных».

А оно копит. Само собой. Кран, лампочка, таракан, второй —

— и однажды вечером я просто оглядываюсь по своей кухне. И это уже не дела, которые надо сделать. Это уже просто так у меня всё и выглядит.

И за выходные это не починить.

И ведь так уже было. Один раз.

Была другая квартира, давно. Тоже съёмная, тоже кран. И я так же — каждый вечер — завтра, завтра.

Знаешь, что мне тогда советовали? Сменить квартиру. Не нравится — съезжай, сними другую.

Я съехал.

А через полгода на новой кухне закапал новый кран.

И ведь это не только про кран.

Тело — то же самое. Кашель третью неделю не проходит — потом. Зуб ещё весной просили показать — потом. Думаешь, у тебя этого «потом» — целый склад.

А есть вещи, у которых его нет совсем.

Уезжаешь в отпуск, поссорившись. Переписываешься неделю через зубы. Она пишет, что ей тяжело, — а ты ей: «ну, разберёшься как-нибудь». Потому что обида. Потому что — потом, дома поговорим.

Возвращаешься домой.

А квартира звучит по-другому.

Не тише. Плотнее.

Телевизор включишь — выключишь. Музыку — выключишь.

И сидишь.

И вот сидишь с этим всем. Ночь, не спится.

Тяжесть такая — будто тело чужое. В груди давит. А вроде ничего и не случилось.

И первое, чего хочется, — найти, кто виноват. Кран старый попался. Квартира неудачная. Жена — характер тяжёлый. Время, опять же, — всё кругом сыпется.

А время тут ни при чём. Время вообще ничего не ломает.

Просто раньше я не смотрел. Не на кран. Не на счета. Не на её сообщения — короткие такие, сухие.

А они мне всё это время — говорили. И кран говорил. И жена.

А я отвечал одно и то же.

Потом.

И вот теперь — тихо.

И это не отдых.

Слышишь?

Капает.

Я тут сижу, говорю про это самое «потом» — а оно вот. Капает. Всё это время, пока я говорю. И я только сейчас услышал.

Восемнадцатое мая. За окном дождь. …и в кране дождь.

Кран — это ладно. Кран до утра подождёт, ничего ему не будет.

А человек —