40 лет ушло на то, чтобы понять простые вещи: призвание — это не магия"наука и искусство вызывать изменения в соответствии с волей". Согласно Алистеру Кроули, магическая практика направлена на систематическое развитие воли и сознания практикующего для целенаправленного влияния на реальность без обязательной апелляции к сверхъестественным силам., а превращение хаоса в систему. Как понять, прожита ли жизнь не зря, почему Чикатило и Сталин тоже оставили след, и почему результат всегда проигрывает процессу.
Сайт: https://gipetau.ru
Макс: https://max.ru/channel_iliaaxenov
Телеграм: https://t.me/ivaxenov
Инстаграм: https://www.instagram.com/ivaxenov/
Мне понадобилось сорок лет, чтобы ответить на вопрос, в чём моё призвание. Ответ оказался простым: я превращаю хаос в систему. Дайте мне гору разрозненной информации, и я разберу её, разложу по полкам, соберу базу данных, напишу статью или программу. В итоге этим сможет пользоваться любой человек, а не только я. Астролог сказал бы, что это третий дом натальной карты, который отвечает за информацию, общение и обучение. Я занимаюсь астрологией, Таросистема из 78 карт с символическими изображениями, используемая для дивинации (гадания) и психологической работы. Состоит из 22 Старших Арканов (архетипические символы) и 56 Младших Арканов (четыре масти). В психологической интерпретации таро рассматривается как система визуализации архетипов коллективного бессознательного. и программированием, и со стороны это похоже на разброс. На деле везде я делаю одно и то же.
Я уверен, что призвание есть у каждого. Просто у одних оно работает, а у других лежит без дела и ждёт лучших дней. Ждать бесполезно: к тем, кто ждёт, лучшие дни почти не приходят. Они приходят к тем, кто занят делом.
Способ найти своё дело я знаю только один — пробовать. Беритесь за то, что приносит удовольствие. Не устраивает — бросайте без угрызений совести и беритесь за следующее. И так до тех пор, пока не наткнётесь на занятие, от которого сносит голову и которым хочется заниматься с утра до ночи. Узнать его легко: вас придётся от него оттаскивать.
Зачем вообще искать призвание, если можно просто жить? Затем, что, по-моему, жизнь прожита не зря, только если после человека что-то остаётся. Не вещи на полке, а то, чем пользуются другие. И это не обязательно что-то великое. Пушкин, Менделеев, Королёв, под руководством которого человек впервые полетел в космос, — единицы на миллиарды. Мир двигают не только они, но и миллионы маленьких шагов, которые ни в какую историю не попадут.
Меня спрашивают: а если человек ничего не изобрёл? Если он всю жизнь ухаживал за больными родителями, растил детей и просто был добрым? Это тоже след, и очень прочный. Его дети видели, как он обращается со своими стариками, и запомнили. Они переживут его и будут повторять его советы, иногда даже не помня, от кого их услышали. Доброта передаётся так же, как знание, — от человека к человеку. Это тоже развитие, только не мира, а людей, и я не отделяю одно от другого.
Тогда возникает неприятный вопрос: если всё решает след, значит, ценность жизни зависит от чужой памяти? Отчасти да. Память безжалостна и стирает имена. Вы знаете, как звали учительницу, которая научила вашу бабушку читать? Скорее всего, нет. Но бабушка читать умела, научила маму, а мама — вас. Имя стёрлось, а след остался. А сама бабушка эту учительницу помнила всю жизнь.
Отсюда моя проверка. Примерно через одно поколение после смерти человека, лет через двадцать или двадцать пять, кто-нибудь должен вспоминать его с благодарностью. Хватит и одного человека. Если такой есть, жизнь прожита не зря. Это минимум. Если же человек дал толчок науке, технологиям или искусству, вопрос вообще не стоит.
Дальше будет неудобно. Если мерить жизнь следом, придётся признать, что зло тоже оставляет след. Андрей Чикатило, осуждённый за пятьдесят два убийства, для соседей был образцовым семьянином. Его вычислили только в 1990 году, почти через двенадцать лет после первого убийства, а за одно из его преступлений успели расстрелять невиновного. Ради поимки Чикатило к следствию впервые в советской практике привлекли психиатра, чтобы тот составил портрет преступника. Благодарить Чикатило не за что, но урок, который преподала его история, остался. Сталин был Верховным главнокомандующим в войне, которую страна выиграла. И он же своей подписью утверждал расстрельные списки на десятки тысяч человек, а всего за годы его правления по политическим обвинениям расстреляли сотни тысяч, и миллионы прошли через лагеря. Он злодей, и след от него огромный, от него никуда не деться. Я убеждён, что выдающийся человек вполне может быть злодеем, и история доказывает это раз за разом.
Значит, одного следа мало. Важно, как человек к нему шёл.
Что важнее — процесс или результат? Результат может прийти через много лет, и совсем не таким, каким его задумывали. Процесс же складывается из множества мелких результатов, и каждый из них уже оставляет след. Поэтому для меня процесс важнее: важно, как человек живёт, а не с чем он остался в конце. Представьте человека, который умер нищим, потому что всю жизнь помогал другим: был меценатом, отдал последнюю рубашку. Нищета здесь — результат, а помощь — процесс. Что из этого вы о нём запомните?
Для меня «достойная жизнь» и «жизнь, прожитая не зря» — одно и то же. Первое звучит как моральная оценка, второе — как оценка пользы, но сходятся они в одной точке: если человек хотя бы раз сделал что-то по-настоящему полезное для других, его жизнь прожита не зря.
Я не жду, пока моя работа станет великой. Я собираю базы данных, пишу статьи, превращаю чужой хаос в систему. И, может быть, лет через двадцать пять кто-нибудь скажет: «Вот это мне тогда помогло».